"Легкий ветра вздох - смерти нет.
Тот, кто пламя сам, не сгорит в огне."
Тэм Гринхилл
Глава 1. Рожден, чтобы бежать.
Перерождение.
Дождь тяжелыми каплями падал на одинокое тело в изорванных лохмотьях,
когда-то бывших дорогим костюмом. Светлые волосы были острижены почти полностью, а длинные локоны были разбросаны вокруг. Глаза под опущенными веками двигались из стороны в сторону, пытаясь уловить остатки образов, вернуть то, что так стремительно уходило. Тщетно. Тело замерло, и около минуты не подавало никаких признаков жизни, а потом вдруг забилось в конвульсиях - каждый мускул пронзила боль невероятной силы, а из горла вырвался пронзительный крик, который мог издать лишь пленник под долгой пыткой. Этот ад длился почти минуту, а после вновь наступила тишина.
Эльф открыл глаза. Кроны деревьев и бесконечный дождь - вот то, что было первым увиденным в новой жизни. Память ушла вместе с болью, остались лишь общие знания о языке и потребностях. Казалось бы, пришло время испугаться - как и любому в абсолютной пустоте переродившегося сознания. Но эльф почему-то не боялся. Что-то говорило ему, что страх - это недопустимое унижение. Новорожденный с трудом поднялся, сперва облокотившись на мокрую траву, после встав на колени и в итоге приняв относительно устойчивое положение. Он не помнил, а может и никогда не знал куда идти, но все же двинулся вперед - туда, где деревья становились менее густыми и переходили в извилистую тропинку.
Бесконечные падения и синяки в итоге закончились отдаленными огнями и шумом моря. Море... Эльф знал что такое море. Почему-то в этом слове звучала надежда на светлое будущее, а может быть просто приятный отголосок прошлого. Босые израненные ноги ступили на дощатый вход в небольшую пещеру, служившую входом в порт. Двое вооруженных гоблинов в доспехах шагнули навстречу чтобы преградить дорогу, но, распознав ничем не угрожающего син'дорея, расступились. Им не хотелось тратить эту ночь на никчемного эльфа, пусть лучше этим займется кто-нибудь внутри.
Бухта Добычи встретила его резкими запахами алкоголя и силуэтами неизвестных в каждой тени бревенчатых домишек, настроенных повсюду в несколько уровней и будто бы в спешке. Где-то вдалеке маячили огни таверны – там было более людно, но эльф чувствовал, что туда лучше не идти. Странная жажда пожирала его тело, кожа будто горела, силы уходили с каждым шагом. Син’дорея терзал магический голод. Оглядевшись вокруг мутнеющим взглядом, перерожденный приметил незанятое место за одним из домов. Оно и стало его ночлегом. Согнувшись на промокших досках, не помнящий даже своего имени, эльф попрощался со своей первой ночью. Тогда он и не подозревал, что утро могло не наступить.
Филлия.
- Посмотри-ка на него, Гасп! Похоже у зеленоглазого ломка! – коренастый человек в тяжелом доспехе басисто рассмеялся. На поясе его покоилась внушительного вида булава.
- Да уж… Видимо он не бывал в Бухте раньше, раз уж развалился тут! – его спутник, человек в простом кожаном доспехе и с луком за спиной сплюнул. – Син’дорей… Мерзость. Давай посмотрим, может будет чем поживиться – все равно парень настолько жалок, что не сможет даже пикнуть.
- Хм… - громила огляделся. – Да, место он хорошее выбрал! Ни души, хе-хе. – сделав шаг к эльфу, он пнул тело, тут же издавшее хрип и вздрогнувшее. Следующим пинком эльф был перевернут на спину. – Посмотри, Гасп, может в лохмотьях кошелек.
Лучник наклонился над телом и поспешно пошарил по карманам. Ничего не найдя, собрался подняться, но замер.
- Драм… У него глаза открыты… - голос стал странно нервным.
- И что? Боишься что запомнит и настучит? Давай прибьем, делов-то. Латник сплюнул и вытащил булаву.
- Да не то… Взгляд странный. Холодный. Может он из наемных убийц?
- Хах, тем больше поводов с ним кончать. Отойди.
Лучник поднялся и отошел в сторону, а громила занес булаву над эльфом.
- Смотри-ка, не шелохнулся! Ладно, прощай, наркоман.
- Стоять! Или сдохнете, оба. – женский голос донесся из-за спин мужчин. Он принадлежал син’дорейке с черными как смоль волосами, одетой в свойственные морякам рубашку из парусины и простые штаны с башмаками. В руках ее был взведенный двухзарядник.
- Филлия! – лучник поднял обе руки в примирительном жесте. – Прости, уже уходим! – судя по лицу громилы, тот разделял страх Гаспа.
- Валите. Еще раз попадетесь на глаза – пристрелю.
Глянув вслед поспешно ретировавшимся головорезам, девушка подошла к эльфу и склонилась над его телом.
- Ломает, да? Что ж, в этот раз я поделюсь, а потом расскажешь, какого импа я это сделала. – эльфийка выудила из мешочка на поясе кристалл манны и вложила в руку парня. Рефлекторно сжав руку, он начал жадно впитывать живительную энергию.
- Спасибо… - голос звучал немного растерянно.
- Я Филлия. Просто Филлия. А кем будешь ты? И какого тут забыл, да еще в таком забавном наряде? – она окинула взглядом лохмотья.
- Не помню. Ничего не помню. Совсем.
- Охх, да тебя хорошо обработали, братишка! Что, совсем? А где находишься знаешь?
- Море…
- Что ж, это прогресс. Вставай и иди за мной. Не засну ночью, если брошу оборванца одного вот так. – легкий смех девушки мгновенно придал эльфу сил.
Они пошли в таверну. Там эльфийка заказала еды и постаралась узнать хоть что-то про нового знакомого.
- Чем занимался не помнишь тоже? Шмотки твои явно не дешевыми были! – Филлия сказала это, сделав особое ударение на последнем слове.
- Ничего. Я уже говорил, очнулся в лесу, сюда забрел. – парень старался держаться легко, не выдавая растерянности из-за неожиданного спасения и резкой смены обстановки.
- Блаженен забывающий, ибо не помнит он грехов своих… Что ж, я думаю, нужно имя. Как тебе Агеилар? Так звали моего кота, давно, на родине.
- Хорошо. – как ни странно, парню было все равно. Он просто был рад, что жив.
- Ууу, какие мы унылые! Ну, значит будешь Агом. – девушка обернулась на гоблина официанта. – Вот и еда. Налетай!
«Ночные Волки»
Филлия была пираткой, капитаном корабля. Их команда, «Ночные Волки», была малоизвестна, по большей части из-за несерьезного отношения к власти женщины, но средств на пропитание хватало. Это была группа вольных людей, эльфов и одного гнома – тех, для кого «море» значило больше, чем просто вода. Агеилара приняли в команду на второй неделе его новой жизни, когда син’дорей освоился с правилами жизни. Следующие полгода прошли в набегах, пьянках и веселье. Эльф был признан прекрасным разведчиком, а подаренные ему кинжалы вскоре разили врага без промедления, что частенько пугало членов команды – в бою Аг был другим, абсолютно холодным и беспощадным, в чем-то даже насмешливым. Всему приходит конец, и «Ночные Волки» не были исключением. В один из ясных летних дней они бросили якорь у берегов Вестфолла, чтобы расслабиться и заночевать, а днем прибыть в Бухту Добычи и славно напиться. Ближе к ночи, когда команда разбрелась по каютам, Агеилар стоял на палубе и задумчиво смотрел на звезды. Он задавал себе всего два вопроса: насколько правильны его поступки, был ли он таким же в прошлом? Ни на один из вопросов он не знал ответа. Мысли прервал тот самый единственный гном на корабле, Шиззи. Он подбежал сзади, и, еле сдерживая смех, сказал:
- Филлия сказала тебя позвать, пиратик. Сказала, что будешь драить палубу весь завтрашний день, коли не явишься! – все же не сдержавшись и пошло расхохотавшись, гном убежал обратно к каютам.
Агеилар усмехнулся, и, отбросив плохие мысли, двинулся в капитанскую каюту. Приоткрыв дверь, он замер – на кровати сидела Филлия, повсюду были зажженные свечи, отчего создавался приятный полумрак. Эльф поборол удивление и прошел внутрь, закрыв дверь.
- Привет, Агеилар. Не спится?
- Да, звезды красивые.
- Ты как всегда прохладен и лаконичен. Присаживайся. – син’дорейка кивнула на место рядом с собой. – Рому? – в ее руках появилась железная чарка.
- Да, пожалуй. Что-то случилось? – Аг принял напиток и сделал небольшой глоток.
- Ничего… Просто… У меня хорошее настроение! – Филлия рассмеялась, и в смехе ее послышалась изрядная доля выпивки. – У меня к тебе серьезный разговор!
- Разговор? Конечно, я всегда готов.
- Не буду говорить лишних слов, просто спрошу. Я нравлюсь тебе?
- Нравишься. – эльф сказал это как всегда быстро, не задумываясь. Возможно, так и было – он не знал.
- Тогда чего ты ждешь?
Агеилар улыбнулся, придвинувшись к Филии и заключив ее в объятья. В следующую секунду их губы сплелись в нежном поцелуе. А парой мгновений позже мир вокруг погрузился во мрак.
Парень проснулся от ярких солнечных лучей, бивших ему в глаза через окно каюты. С первых же секунд появилось ощущение, что что-то не так. Повернув голову к двери, он застыл. Тогда он впервые по-настоящему испугался. Кровать, на которой он лежал, была вся запачкана кровью, а прямо на двери, прибитое собственными саблями, висело обнаженное тело Филии. В ее глазах застыли страх и удивление. На стене рядом с дверью клинком была вырезана огромная надпись – «Дорогая, я вернулся.». Агеилар вскочил с кровати и замер, с непониманием уставившись на свои руки, измазанные кровью. На полу лежал сломанный кинжал, также весь в крови. Син’дорей бросился из комнаты в каюты команды, так и оставив девушку на двери. Как и ожидалось, все пираты были мертвы, а дорога между их последними пристанищами была запачкана засохшей кровью.
- Что я… Кто я?! – эльф бросился в трюм, и там нашел разорванного на куски гнома. Рядом с его головой стоял открытый сундук – кристаллы манны, аккуратно сложенные в набедренные мешки, были всем его содержимым. Подавленный и испуганный, Агеилар схватил их и бросился прочь с корабля.
С берега «Черная Роза» была обычным кораблем, ни следа прошедшего побоища. Эльф тяжело дышал, не в силах до конца осознать произошедшее. Когда же дрожь в окровавленных руках утихла, он вернулся на корабль. На этот раз Аг взял пороховые бочки, рассыпав их содержимое повсюду. Факел сделал свое дело, и пылающая «Роза» умерла, с шумом похоронив тех, кому не посчастливилось оказаться на ней в эту ночь.
Агеилар шел, не думая о конечной цели. Привычный мир уходил с каждым шагом, оставляя на сердце слова, вырезанные клинком – «Дорогая, я вернулся».
С того дня эльф изменился. Он винил во всем свою холодность, назвал себя безумцем. Два года прошли в попытках исправить себя – идя наперекор своей воле, он смеялся и улыбался, создавая образ милого блондина с горящими зелеными глазами. Лишь ночью, когда никто не мог видеть его мыслей, Агеилар вспоминал. И старые раны вновь грозили открыться.
Глава 2. Мы вернемся назад через тысячу лет...
Попытка номер два.
Бухта Добычи встретила Агеилара знакомым запахом моря, за два года так и не оставившим син’дорея. Он вернулся. Он изменился. Он готов был попробовать вновь стать тем, кем хотел быть. Поправив заплечный мешок и улыбнувшись гоблинам, парень вошел в то проклятое место, к которому так тянуло все время.
Взгляд в который раз пробежал по сжатой в руке листовке – набор в команду свободных моряков, время совпадало с текущим. Быстрым шагом эльф двинулся к таверне, все так же полной пьяниц и издававшей ароматные запахи рома и табака.
- Что пить наливать? – голос гоблина иногда срывался на икание, а язык заплетался.
- Стандартно. – Аг не хотел выделяться или вызывать подозрение. Он протянул гоблину несколько серебряных, из тех что заработал в одном из многочисленных посещенных мест.
Официант ушел, звеня монетами, а эльф огляделся вокруг. Среди массы народу более всего выделялась компания моряков, явно набиравшая команду – перед самым роскошно одетым был листок, в который воин в латах что-то вписывал. Вслед за латником подошел эксцентричный, пестро разодетый эльф – прислушавшись к разговору, Агеилар разобрал множество эпитетов и слово «пираты». Значит, это были те, кого он искал. Официант принес чарку рома, но эльф не обратил на нее никакого внимания. Он сделал свой выбор. Пути назад не было, к чему бы это не привело. Он встал и прошел к столу, стараясь держаться как можно увереннее. В глазах появился образ мертвой Филии, но быстро рассеялся.
Эльф, видимо капитан, оглядел подошедшего Агеилара и ухмыльнулся.
- Чего уставился? В пираты захотел? – его голос звучал уверенно и ярко, с легкой насмешкой.
- Да. – не медля твердо ответил Аг. – Я всегда мечтал о море и золоте, и теперь я нашел тех, кого искал.
- Мечтал, значит… А чего ты стоишь? - Эльф обнажил меч и направил его Агу на грудь. Сидящие за столиками оглянулись, гоблины напрягшись положили руки на мечи.
- Достаточно. Вы не пожалеете. – Эльф не дрогнул, лишь положил руку на рукоять кинжала.
- А ты не из трусов… Хорошо. Я – капитан Арвиндейл Сломанный Меч. А мы – пираты Вольного Ветра. Если хочешь к нам – подпиши это. – Он указал на листок бумаги на столе рядом с ним. – И будь готов драить палубу, пороховая обезьяна. Правила пиратов ты знаешь. А если нет – то ты псих, которого скоро съедят акулы. – С этими словами он, к облегчению и разочарованию зевак и гоблинов, убрал меч в ножны.
Агеилар улыбнулся и молча подписал бумаги. Это был контракт на полгода службы, с возможностью внезапной смерти. Син’дорей подписал лист в необходимом месте.
- Как тебя зовут, обезьяна? – спросил капитан.
- Агеилар. Просто Агеилар.
- Отлично, Агеилар… - он оглядел взглядом еще двоих новичков и кивнул человеку за ближайшим столиком. – Арамис, посади их в лодку, я сейчас подойду.
Указанный черноволосый бородач встал, и, молча кивнув, пошел к выходу. Аг и еще двое «обезьян» двинулись за ним. Арамис молча усадил их в лодку, стоящую у причала, и стал ждать, смотря куда-то за горизонт. Латник, как и ожидалось, оказался матерым воином вне закона. Второй же, Эсмеральд, назвался менестрелем и вел себя подобающе этим безумным и веселым поэтам. Вскоре подошел и Арвиндейл, и они отправились на корабль. Гребли, как и полагается, новоиспеченные члены команды.
Они прибыли на него поздней ночью, жутко уставшие, но все равно пораженные красотой судна, названного «Триадой». Ряд пушек с каждой стороны, корпус из прекрасного неизвестного дерева, изгибы переходов и величие мачт с черными парусами, над которыми гордо развевался черный флаг, изображавший череп с костями.
- Так, обезьяны, всем отдыхать. – капитан улыбнулся. – Завтра вам предстоит тяжелый день.
Агеилар прошел в трюм – остальные места были заняты, расстелил там данный ему матрац, и, раздевшись, лег. Он почти сразу заснул, отгоняя предупреждающий голос в голове. Пути назад больше не было.
Наутро эльф вышел на верхнюю палубу и застал там лишь Арамиса в крайне скверном настроении.
- А, проснулся. Крепко же ты спал…
- Что-то случилось? – Агеилар был удивлен хриплым тоном пирата.
- Случилось, имп… Эсмеральд этот. Сбежал он, и Кловер похитил, пиратку. Капитан в ярости, поплыл с Аннетиель на берег. Увидишь Эсмеральда – убивай на месте. А пока возьми в трюме ведро да швабру и вылижи всю верхнюю палубу. Живо.
Так начались дни суровой пиратской реальности. Позже Агеилар познакомился с остальной командой : коком, вечно курящим трубку по имени Вуд, Аннетиель Олдсонг – первой помощницей капитана, ближе узнал кварта Арамиса, вечно угрюмого и раздраженного. Там же встретил он и Мирена – эльфа, боцмана, пьяницу и бабника, который более всех остальных походил на истинного пирата, после капитана, конечно. А на одной из вылазок на берег к ним присоединились ночной эльф Даркест и орк по имени Кримар, значительно облегчившие процесс выдраивания палубы.
Был и бой, всего один бой, но запомнившийся своим безумием. Тролли империи Зандалари попросили у пиратов помощи в захвате одного из островов, занятого пиратами Кровавого Паруса – грязными псами морей. Вместе с пиратами Вольного Ветра были пираты Черной Воды – самая известная команда в южных морях. Битва была жаркой, Ага постоянно не могло покинуть ощущение какого-то страха, животного инстинкта, но отточенные с годами рефлексы возвращали убийцу в танец смерти. Быть может это закончилось бы плачевно, но бойня была короткой , и Кровавый Парус проиграл, хоть и не пал, потеряв многих своих членов. После были разговоры с гоблинским бароном, а позже – зарплата в сотню золотых монет.
Спустя какое-то время, когда он чистил пушки, подошел капитан, как всегда с довольным видом.
- Аг, сегодня заступаешь в дежурство. – он ухмыльнулся и похлопал в ладоши. – Поздравляю, пират.
Так капитан назвал его впервые. Это была радость и торжество – Агеилар смог доказать, что достоин называться одним из воинов морей. Но была и другая сторона этого слова – пират, один из тех, кого син’дорей похоронил на «Розе», кем сам был долгих два года назад.
Всему хорошему когда-то приходит конец, и время Вольного Ветра не было исключением из правил. Пока Аг охотился в лесах Тернистой Долины на корабле свершился бунт, и команды не стало. Капитана больше никто не видел, как и Аннетиель, как и Арамиса.
В следующий раз товарищам случилось встретиться в таверне Златоземья – Мирен совращал там какую-то красотку, а Вуд и брат Арамиса, Нерил, искавший его, пили ром с Агеиларом. Вуд был пьян и ничего не сказал о том чем занимался ранее, а Нерил… Странный брат-близнец Арамиса был слишком похож на него, вокруг этого человека витала какая-то аура, которую Аг непонятно как чувствовал, но так и не смог понять. Позже он вспомнил причину странности – у человека была определенно рапира Арамиса, но син’дорей не стал ни с кем делится этими мыслями. Тогда же, в тот беззаботный день, случилось то, что эльф не мог вспомнить, не рассмеявшись. Дикая любовь к женщинам Мирена сыграла против него самого, в постели он был лишен сознания и обкраден до последнего гроша, а девушка скрылась.
На следующий день товарищи-пираты расстались – каждый выбрал свою дорогу, и Аг тоже сделал вид что знает, куда идти. Таверны и тоска – вот все, что его ожидало.
Ответить с цитированием
Сообщение от Gliding Sun
